Юрий Васильев: Мечтаю сыграть Шута в «Короле Лире»

Юрий Васильев: Мечтаю сыграть Шута в «Короле Лире»

С 14 по 16 апреля в Новосибирске с «Большими гастролями» выступил коллектив Московского академического театра сатиры. В четверг, 14 апреля, в Доме Учёных состоялся показ спектакля «Лес»». Наш корреспондент Юрий Татаренко перед началом спектакля побеседовал с народным артистом РФ Юрием Васильевым, уроженцем Новосибирска.

— Новосибирск сформировал вас разносторонней личностью – были в вашем детстве и скрипка, и фигурное катание. А победила любовь к театру, так?

— Господи, чем только я не занимался – рисовал, играл в хоккей, пел, даже был моделью в Доме мод, где зарабатывал в пять лет… Школьником дважды ездил во Всероссийский пионерский лагерь «Орленок», был признан лучшим командиром отряда. И всегда говорю: все, что сформировало меня, мой характер – было заложено в Новосибирске: в семье и тех домах, где бывал. Мы жили сначала в знаменитом стоквартирном доме на Красном проспекте, потом в другом известном месте в центре города, в актерском доме на Депутатской, 38. Мой отец с художником Грицюком расписывали стены в школе, где я учился. Одно время мы жили в Кировском районе, возле издательства «Советская Сибирь», где папа служил художником-иллюстратором, рисовал карикатуры. У нас дома бывали и Бидструп, и Хаммер, и «крокодиловцы». Когда в Новосибирск приезжал де Голль, папа не спал несколько ночей, работая над подарочным проспектом для президента Франции…

Особую роль сыграла Кира Павловна Осипова, руководитель театральной студии «Спутник» при ТЮЗе. Привел меня Женя Покровский, он уже там занимался. Я ходил в студию два года, и Кира Павловна посоветовала поступать на артиста. Вначале я прослушался в Новосибирское театральное училище, мне сказали, что подхожу и на драму, и на оперетту, нужно выбирать. Но я сообщил легендарному педагогу Любови Борисовне Борисовой, что поеду поступать в столицу. Когда поступил, папа очень расстроился – он мечтал увидеть меня архитектором. Давно дело было, в 1972 году – под Москвой горел торф, дышать было нечем…

Пропустил выпускной вечер в своей школе № 99, на улице Чаплыгина. Года за полтора до этого организовал школьный вокально-инструментальный ансамбль. Музыкальные инструменты тогда были жутким дефицитом, электрогитары делали сами. Поехали выступать на конкурс, а все примочки были на пластилине – и они отвалились прямо на сцене! Это был позор. Нас вызвал директор школы, Михаил Терентьевич Митасов  которого все боялись, и сказал: «Ну, что, Васильев… Надо вашему ВИА покупать гитары». Мы были счастливы. И в конце девятого класса играли на выпускном для ребят, окончивших 10-й. Перед поездкой в Москву меня снова вызвали к директору на ковер. Михаил Терентьевич вручил мне стопку книг и дипломы со стенда школы и вздохнул: «Кто знает, когда ты теперь у нас появишься…». А потом признался, что очень любил, как я читал Роберта Рождественского – а я выступал часто, на всевозможных концертах, чтецких конкурсах.

К слову, в ваше театральное заведение, НГТИ,  я завтра (15 апреля) загляну. Жду с нетерпением встречи со студентами. Знать, чем живет и дышит молодежь, будущие актеры и режиссеры – крайне важно. Я сам преподаватель и прекрасно понимаю, что общение со студентами – это всегда обмен знаниями и умениями.

— Вы в Театре Сатиры служите больше 45 лет – огромный срок. И что, ни разу не хотели уйти?

— Этот театр – мой дом. Но несколько раз, действительно, было желание его покинуть. Почему этого так и не случилось? Видите ли, я застал золотой период Театра Сатиры. Сейчас сижу в гримерке Андрея Александровича Миронова. Не хочу предать память о великих артистах, с которыми посчастливилось вместе служить. Я всегда буду с этим театром, с нашим театром. Я человек верный. Это тоже сибирская закваска…

— Имя Миронова носит Всероссийский конкурс актерской песни, где вы член жюри много лет. Хорошо помню вашу команду в начале 2000-х в Нижнем Новгороде – Дашкевич, Васильев, Караченцов, царство ему небесное. Как развивается этот конкурс?

—  Сейчас он перешел в регионы. В Питере каждый год приезжаю выступать в день рождения Миронова, 8 марта. Получил там в 2018-м самую дорогую для себя награду – премию «Фигаро». Знаю, что и в Новосибирске регулярно проводятся конкурсы актерской песни в Доме актера. Хорошее дело, нужное.

— От поэтов остаются стихи, от художников – картины. А что остается от актеров?

— Ничего. Только то, что есть на экране. И память об актерской игре, о спектаклях. Конечно, любому артисту очень приятно, когда подходят люди и говорят, что воспитывались на фильмах и спектаклях с его участием. В последнее время я стал не очень много сниматься: отказываюсь от неинтересных предложений. Сериалы – просто не мое. Я люблю спектакль «Лес» потому что режиссер Антон Яковлев представил меня публике в совершенно другом качестве, весьма необычном. Репетировать, а потом и играть роль Аркадия Счастливцева – огромное удовольствие. Режиссер позволил мне сыграть финал моей актерской биографии, как мне кажется. В «Лесе» есть кусочки сыгранных мною других ролей – ценю это. Очень жаль, что от скульптора останутся его работы, а от актера…. Хорошего артиста поминают добрым словом – что ж, такова жизнь.

— Какую роль хотели бы сыграть?

— Репетирую Серебрякова в спектакле по пьесе Чехова «Дядя Ваня», его ставит наш худрук Сергей Ишханович Газаров. Мечтаю сыграть Шута в «Короле Лире». Я по жизни оптимист и верю, что, как бы трудно ни приходилось, надо делать свое дело – и все будет хорошо.

Юрий Татаренко

Полный текст интервью читайте на сайте Academ.info

И в то же время: